вторник, 1 октомври 2013 г.

Возможные причины – размышления и эмоции


    В этой статье мы попытаемся принять сторону в споре, который недавно разгорелся в Соединенных штатах, но есть опасность, что он примет глобальный характер. Его результаты могут стать решающими не только для американского образования и культуры, но и для всего „цивилизованного мира“. Речь идет о нашумевшем напоследок процессе, при котором группа родителей из городка Доувер в штате Пенсильвания дали под суд совет местной школы. Родители воспротивились решению школьного совета при преподавании биологии наряду с теорией эволюции рассматривать и так называемую теорию „интеллигентного дизайна“. Их претензии состояли в том, что такая альтернатива – религиозная и нарушает конституцию США, согласно которой преподавание религии в школе запрещено. Процесс закончился победой родителей – федеральный суд объявил теорию „интеллигентного дизайна“ теологической (т.е. „не научной“) концепцией.[1]
    На первый взгляд в споре о происхождении живых существ и человека консервативные христиане противостоят преподавателям и ученым с натуралистическими убеждениями. Но не имеет ли этот спор и более далекую перспективу, касающуюся всех людей? Если Дарвин прав, тогда все – от формирования космических систем до зарождения жизни и ее эволюции – является следствием самоорганизации материи.[2] В конечном счете Вселенная, как и всякая форма жизни в ней обречены на смерть и самый лучший выход для нас остается “есть и пить, потому что завтра умрем“ (І Кор. 15:32). Но что последует, если на мгновение допустим, что прав голгофский Страдалец? Тогда Его крест превращается в демаркационную линию для всето челове;ества – одним вечная жизнь, а другим… Не окажется ли, что все мы в одном отборе, поскольку истина о мире одинаково важна и действительна для каждого из нас?
     К чему стремится наука?
    Как бы парадоксально это ни звучало, но, по словам одного моего знакомого астронома, “именно ученые с христианскими убеждениями создали так называемый „методический материализм“, который применяет наблюдение и эксперимент и отдает предпочтение естественным объяснениям феноменов природы“. Деятели просвещения, боровшиеся с Церковью, а затем и ряд атеистически настроенных мыслителей постепенно превратили этот подход в идеологический, т.е. поставили знак равенства между материализмом и наукой. Но осмелимся отметить, что задача науки скорее не столько в нахождении естественных причин явлений, сколько в раскрытии объективных истин о вещах в действительности.
     Давайте рассмотрим классический пример часов Уильяма Пейли. Какой-то умелый мастер изобрел первые (карманные) часы, но потерял его, гуляя по лесу. Вы натыкаетесь на красивый, сделанный из меди предмет, открываете его и внимательно рассматриваете его части. В конце концов понимаете, что все его механизмы настроены так, чтобы он с большой точностью показывал время. Тогда вы решаете показать находку вашему знакомому профессору, чтобы он объяснил вам, как она возникла. Находите его в кабинете, разговаривающим со своим коллегой. После долгих размышлений, он начинает свое объяснение так: „Вы открыли эту вещь в природе, следовательно она ее и создала. Этот предмет возник в результате продолжительной и сложной эволюции меди“. И теория начинается: „В начале Земля формировалась как планета в гигантском газово-пылевом облаке, который уплотнялся … и была разогрета до тысяч градусов. При ее медленном остывании медь выделилась из других веществ в виде чистого металла вследствие различия в их точках отвердевания… Особый вид кристаллизации привел к тому, что атомы меди образовали различные пружинки, зубчатые колесики, винтики, циферблаты и стрелки. Первичная материя была полна ими…. Сложным образом они группировались в часовой механизм и в результате чего-то похожего на „естественный отбор“ оставались существовать более точные, пока не получился этот вид, который очень точно определяет время“.
     “Но возможность случайного образования этого предмета в природе пренебрежимо мала, – возражает другой профессор, – почему в таком случае не допустить, что он был изготовлен разумным создателем?“
     Что получается на практике? Если критерием научности является нахождение естественных причин происхождения всего, тогда первое объяснение научно, но неверно. А второе – верно, но не научно.[3]
   Поэтому не лучше ли принять, что в сущности задачей науки является открытие объективной истины? Тогда все расставляется по своим местам. То есть там, где действуют природные явления и законы, вещи будут объяснены с их помощью, а там, где имеломесто интерригентное вмешательство, оно должно быть признано. Стрелки часов движутся посредством эластичной силы пружины, но сами часы не появились в результате „сложной эволюции „меди“. По аналогии все процессы в природе имеют естественные причины, но она как целое не является ли делом искусного Творца?
   Если мы не можем доказать наличие Божественного интеллекта, как тогда подтвердим наличие человеческого разума?
    А сейчас постарайтесь войти в роль гениального ученого. Вы сделали великое открытие, на базе которого сконструировали, например, двигатель, с очень высоким коэффициентом полезного действия. Вы представляете свою теоретическую разработку и модель двигателя в соответствующую патентную комиссию на одобрение. Вам говорят, что назначат подходящего эксперта, который рассмотрит вашу работу. После соответствующей проверки вы с глубоким удивлением слышите от него следующее:
  – Теоретическая постановка правильная и не противоречит природным законам. Практические испытания также показали, что двигатель действительно обладает указанными качествами. Но мы не можем быть уверенными, что все это ваше дело, потому что могло стать случайно.
   – Как это? – недоумеваете вы.
   – Очень просто. Например, возможно ваш кот ходил по клавишам вашей пишущей машинки, в результате чего на бумаге появилась идея этого изобретения. Возможный взрыв в вашей мастерской также мог стать причиной появления представленного двигателя.
  – Что вы такое говорите? – все больше возмущаетесь вы. – Не понимаете ли, что обладая интеллектуальным потенциалом и физической способностью создать эти вещи, вероятность того, что я их автор, составляет сто процентов? А вероятность их случайного осуществления пренебрежимо мала. Кроме того, есть много свидетелей, которые видели, как я работаю над ними.
   – Видите ли, возможно события, на которые я вам указал, случились раньше этого. Вы только повторили все перед другими людьми, чтобы уверить их, что вы истинный изобретатель машины.
  – Чтобы осуществилась ничтожно малая случайность, необходимо длительное время, – не отступаете вы.
  – Не обязательно. По теории вероятности она может реализоваться и с первого раза. Более того, при современном представлении о мультивселенной не существует никаких проблем для случайного появления любых предметов в некоторых мирах.
Выслушав внимательно обе стороны, комиссия постановила:
  – Пока существует даже ничтожная вероятность того, что все стало случайно, мы не можем быть уверены в вашем авторстве.
Тогда вам в голову приходит блестящий ответ:
 – В таком случае вы наверное скажете, что и все достижения человечества, которые считаются продуктами нашей сознательной деятельности, может быть возникли случайно. Согласно вашей логике, люди, претендующие на их создание, должны отказаться от своих авторских прав, от званий, и вернуть полученные вознаграждения. Согласны ли вы сделать это?
   Бог – Тот, Кто категорически заявляет, что Он сам является автором создания. При этом все Его „изделия“ – атомы, небесные системы, живые организмы и т.д. неизмеримо сложнее любого произведения человеческого разума. По этой причине и возможность их случайного возникновения неимоверно меньше. Материалисты, однако, всегда стремились распространить мнение, что раз существует даже бесконечно малая вероятность случайного возникновения мира, то это обязательно осуществилось на практике. Поэтому, по мнению большинства из них, ни в коем случае нельзя принять, что мир создал Бог. С одной стороны они не имеют никаких надежных фактических доказательств эволюционного происхождения Вселенной, жизни и человека, а с другой – и возможность такого развития совершенно ничтожна, Несмотря на это, они требуют от современной общественности беспрекословной веры в их „теории“. Но согласны ли они, чтобы их самих мерили той же мерой? Раз есть вероятность, что достижения нашей цивилизации случайные, то, согласно вышеуказанным рассуждениям, нельзя доказать, что они вообще что-то создали. Но если так, тогда какие же это ученые? И можно ли в таком случае им верить? С другой стороны, раз не существует никаких надежных доказательств в пользу натурализма, значит его надо принимать на веру, что делает его своеобразной формой религии.
   Возможные причины
  „Интеллигентный дизайн” некоторые объявляют псевдонаукой, поскольку признание возможности сверхъестественного вмешательства равносильно отказу от познания.[4]
  Действительно, когда Бог совершает чудеса, они связаны с некоторым нарушением природных законов, вследствие чего подобные явления не могут быть повторены и изучены в наших лабораториях. Создание пространственно-временного континуума ex nihilo является резким нарушением закона сохранения энергии и из-за недоказуемости этого акта философы вынуждены принять первичность сознания или материи в виде постулата. Человек производит изделия, которые не могут возникнуть посредством естественных процессов, но в то же время наша деятельность находится в согласии с природными законами. В некоторых случаях Бог делает то же самое и это позволяет нам применить метод аналогии в поиске ответа на вопрос о происхождении мироздания.
    Приведем большую цитату из статьи американского физико-химика и историка науки Ч. Такстона:
   „Эмпирическая наука теоретически признает как естественные, так и интеллигентные причины. Хотя как естественные, так и интеллигентные причины устанавливаются посредством опыта, современная эмпирическая наука о природе обычно признает только естественные причины. Это предрассудок со стороны ученых или какой-то заговор по устранению интеллигентных причин? Ни в коей мере. Наука допускает любую причину, естественную или интеллигентную, о которой говорит однородный чувственный опыт. В истории современной науки, однако, однородный опыт связывает только естественные причины с закономерно повторяемыми событиями. Вот почему мы не включаем в науку интеллигентные причины. Но это не запрет. Если интеллигентные причины можно было бы связать с повторяемыми событиями, то они были бы допустимыми в науке.
    Нет оснований приписывать причину – естественную или интеллигентную – какому бы то ни было явлению в качестве заместителя однородного опыта.[5] В качестве примера предположим, что мы детективы, расследующие смерть человека. Убийство ли это или естественная смерть? Мы предварительно не знаем ответа. Нужно расследование случая. Если какой-то детектив уже в начале своего расследования объявил, что человеческая смерть может быть только естественной, мы бы возразили, что это обуславливает неправомерные ограничения на возможные причины. Раз мы надеемся установить посредством нашего расследования вызвана ли смерть интеллигентной причиной (убийством) или была естественной, то нам необходим метод работы, одинаково открытый для обоих объьяснений. Нам нужен метод, который позволит установить с возможно наибольшей вероятностью, что же в сущности случилось.
    Как видим, во всей истории экспериментальной науки повторяемые события связаны с естественными причинами. Другие события, особено такие, как возникновение чего-то, не являются повторяемыми и могут быть уникальными Нам нужна методология, которая может преодолеть априорную связь с причиной и которая даст нам критерии для одновременного рассмотрения случающегося по естественной причине и случающегося по интеллигентной причине.
    Аналогия
   Как мы могли бы принять решение в пользу интеллигентной причины для некоторого события в прошлом? В принципе для установления интеллигентной причины мы используем тот же метод, который используем и для естественной причины, т.е. однородный чувственный опыт. Это так называемый метод аналогии.
   В ХІХ в. астроном Джон Гершел дополнительно развил метод аналогии: „Если аналогия между двумя явлениями очень близкая и поразительная и в то же время причина одного очевидна, то едва ли возможно отвергнуть наличие аналогичной причины и для второго явления, хотя это само по себе не очевидно» Ученые рассчитывают на этот метод уже более 150 лет. Огромный успех науки является хотя бы частичной его аттестацией…
  В качестве наглядного примера для метода аналогии рассмотрим археологию. Принцип аналогии часто используется в археологии для определения того, имеет ли одно или другое открытие интеллигентную причину. При этом рассуждения следующие: В современной жизни мы видим ремесленника, делающего керамические изделия. Следовательно, когда мы при раскопках какого-нибудь кургана в Месопотамии обнаружим разбитый горшок, то можем заключить, что произвел его такой же ремеслнник – гончар…
   Между прочим, такой же аргументации придерживаются и астрономы, когда ищут в Космосе разумную жизнь. Это обычная практика для коллективов в НАСА, когда они обрабатывают данные о планетах и их лунах. Эти коллективы используют различные критерии для признания доказательства разумной жизни на планетах – наличие какого-нибудь отличительного знака на продукте с разумным источником.
  Астроном Карл Сейган утверждает, что даже одно единственное послание из космоса установило бы существование внеземной жизни. Он пишет: „Есть и другие, которые верят, что наши проблемы разрешимы, что человечество находится еще на стадии детства и в недалеком будущем мы вырастем. Одно единственное послание из Космоса показало бы, что возможно пережить такое технологическое юношество. Цивилизация, которая посылает такие сигналы, все же уцелела.“[6]
   Если мы действительно обнаружим радиоволны с характерными чертами послания, нет ли у нас основания считать, что их источником является разумное существо, ссылаясь на аналогию с посланиями, о которых по опыту знаем, что они исходят от разумных существ, а именно людей? Другими словами, метод аналогии мог бы регистрировать не только человеческую, но и общую интеллигентность.”[7]
    Применение метода аналогии
  В статье „Прощай, Дарвин!” мы уже установили три принципа невозможности возникновения мироздания по естественным причинам. Но возможно ли, чтобы творческая деятельность мыслящего и активного существа соответствовала этим принципам?
   Первое. Обеспечение подходящих параметров для работы одной системы сравнительно легко исполнить. Мы предварительно вычисляем оптимальные условия протекания производственных процессов, после чего настраиваем приборы для поддержания их постоянными. Аналогичным образом выбраны и застопорены необходимые константы, законы и взаимодействия для функционирования Вселенной, живых существ и человека.
  Второе. Сам по себе футбольный мяч не может изменить свое состояние покоя или направление своего движения. Но игроки могут придать ему определенную скорость и направление согласно своему желанию. Таким же образом не существует и никакого препятствия, чтобы разумный и всемогущий Творец после создания небесных тел «запустил их по своей орбите» (согласно выражению Ньютона) [8]. Если проследить траекторию мяча, не учитывая, однако, его взаимодействие с футболистами, тогда мы зарегистрируем нарушение законов сохранения импульса и гравитации. Таким же образом в космических системах кажутся нарушенными динамические законы (импульса, а в скрытом виде – и гравитации), поскольку не признается внешнее интеллигентное вмешательство (которая просматривается и в чудесной гармонии в организации тел).
   Для интеллекта не представляет никакого труда реализовать процессы с бесконечно малой вероятностью осуществления. Автомобиль – произведение нашего разума. Может ли он возникнуть в результате природных стихий? Рассмотрим тольку одну часть двигателя – например готовый цилиндр. Какова вероятность случайного возникновения поршня для него с подходящей формой и размерами? Элементарные рассуждения показывают, что она составляет (1/∞)2, потому что существует бесконечное множество и форм, и размеров. А если цилиндр также должен появиться аналогичным образом и оба элементы должны быть сочленены, и система должна работать, тогда общая вероятность такого события составит (1/∞)4, т.е. меньше «абсолютного нуля». Инженер, однако, без особых усилий из бесконечного числа возможностей может определить подходящие параметры и, произведя определенные расчеты, сконструировать вышеуказанные изделия. (Мы все же редко осознаем необыкновенные способности нашего ума!). Вероятность появления всемира также имеет порядок 1/∞ в некоторой степени, но дальнейшее построение окружающей нас действительности гораздо сложнее. То есть для сознательного Бога имеется 100%-ная возможность сотворить мир, в то время, как для слепого случая («часовщика» – по выражению Р. Докинса) нет никакой перспективы справиться с подобным заданием.
   Третье. Давайте на мгновение примем, что не знаем, как появились автомобили. Однажды приходим в автосалон, где представлены радличные марки легковых машин – от первых до последних моделей. Какой вывод мы сделаем, если будем исходить из современных научных предпосылок искать только естественные причины происхождения? Имея в виду все более усложняющуюся организацию, мы можем предположить, что все это разнообразие форм получилось в результате продолжительной и сложно разветвляющейся эволюции. То есть сходство в их устройстве и функциях может заставить нас прийти к совершенно неправильному заключению. Если, однако, будем следовать другой логике, то придем к выводу, что даже такие простые системы не могут возникнуть посредством случайных процессов (и естественного отбора!), и необходима целенаправленная интеллигентная деятельность. В таком случае, почему не допустить, что растения и животные также „созданы по своим видам“ – вывод, который подтверждается полным отсутствием переходных форм.
   В одном известном пассаже своей книги „Диалоги по естественной религии“ философ Дэвид Юм, живший в ХVІІІ веке, которого совсем нельзя упрекнуть в пристрастии к христианству, рассуждает об аналогии между человеческим и Божественным разумом. Клинтес, один из героев его книги, говорит: „Оглянитесь и посмотрите на окружащий мир. Вникните в его целостность и в каждую отдельную его часть. Вы откроете, что он не представляет ничего иного, как огромную машину, разделенную на бесконечное число более мелких машин, которые в свою очередь подлежат последующему разделению до степени, не поддающейся человеческому восприятию и способности проследить и объяснить. Все эти разнообразные машины и даже самые миниатюрные их части согласованы между собой с точностью, вызывающей восторг каждого, кто когда-либо всматривался в них. Внимательное приспособление средств к целям во всей природе напоминает, хотя и многократно превосходит, произведения человеческого … ума. Поэтому, т.к. следствия подобны , приходим к заключению… что и причины подобны, и что Автор Природы каким-то образом подобен человеческому уму, хотя обладает неизмеримо большими способностями, пропорциональными величественной работе, которую Он совершил.“[9]
   Британский астроном Джеймс Джинс далее развивает этот тезис в соответствии с точкой зрения науки начала ХХ века: “Явления во Вселенной происходят не в соответствии с механическими принципами, как считалось ранее, а в согласии с чисто математическими принципами. Сравнение природы с огромной машиной неправомерно, т.к. поток научного познания говорит о немеханической действительности. Вселенная начинает походить больше на великую мысль, чем на великую машину. Раз мир это мир мысли, то это должна быть мысль некоторого Существа, Которое думает, и Его творение должно было быть актом мысли этого мыслящего существа. Мы, ученые, начинаем думать, что Творцом и Правителем в царстве материи является Дух. Современные научные теории заставляют вас рассуждать о Создателе мира, который работает вне времени и пространства. Вселенная дает нам доказательства о наличии контролирующей силы, которая работала с определенной целью и не имела ничего общего с человеческим умом“[10]
   О том же говорит и Альберт Эйнштейн (а также ряд других ученых): „Каждый, кто серьезно занимается наукой, постепенно убеждается, что в законах Вселенной проявляется Дух; Дух, Который бесконечно могущественней духа человека и перед лицом Которого мы, с нашими скромными возможностями, должны смириться. Таким образом научные исследования приводят к специфическому религиозному чувству, которое достаточно сильно отличается от наивной религиозности“ [11]
   Ричард Левонтин, генетик из Гарвардского университета, признает, что натурализм внесен в науку искусственно: „Не то, чтобы методы и институты науки вынуждают нас каким-то образом принимать материальное объяснение феноменального мира, напротив – так как мы априори принимаем материальные причины, то вынуждены создавать исследовательский аппарат и понятия, которые производят материальные объяснения…“[12]
  Поэтому не наступило ли время разорвать установленную натуралистическую парадигму и принять, что объекты и явления в природе также могут иметь интеллигентную Причину своего генезиса?!
   “Ловит мудрых в их лукавстве“ (І Кор. 3:19)[13]
   Натуралисты допускают, что возможно есть очаги жизни и на других планетах в космосе. Исследователи по проекту SETI ищут сигналы от интеллигентных существ в космосе. Космические корабли, направленные за пределы Солнечной системы, несут фонографическую запись в качестве послания к галактическим братьям по разуму. Многие ученые даже склонны считать нашу биосферу экспериментом технически развитой внеземной цивилизации.
  Но здесь возникает трудно объяснимое противоречие. Те самые авторитеты, которые категорически против Божественного происхождения (и объявили всякое такое учение не научным), с готовностью принимают возможность интеллигентного вмешательства другой цивилизации?! Блез Паскаль спрашивает: “Почему так много людей не верят в Божественные истины? Потому ли, что они не доказаны?“ И отвечает: „Нет, потому что они им не нравятся“.
   Мы все время задаем себе вопросы “кто мы?”, “откуда пришли и куда идем?“. Популярная газета объяснила однажды это сильное желание ответов: „Некоторые допускают, что какой-то внеземной интеллект послал огромные потоки кодированной информации, виртуальную галактическую энциклопедию, содержащую прозрения относительно происхождения Вселенной или бессмертия“.[14] Человек отчаянно нуждается, чтобы кто-то ему сказал, откуда он произошел и как может достичь бессмертия.
   Как отмечают другие ученые: “Один бесконечный Интеллект уже послал „потоки“ информации, одну „всемирную энциклопедию“, касающуюся того, откуда мы пришли, кто мы, для чего мы, а также прозрение относительно бессмертия – и она не закодирована! Она раскрыта Тем, Кто создал все, и она переведена на почти все языки планеты. Это – Святая БИБЛИЯ“.

ПРИМЕЧАНИЯ
[1] Решение суда вышло в конце декабря 2005 г., а статья написана несколькими месяцами позднее – весной 2006 г.
[2] См. прим. 1 в статье „Прощай, Дарвин!“:
[3] Если найдется читатель, который считает, что все появившееся в результате интеллигентного дизайна легко распознать, то спросим его: по какому критерию? Например, клеточная бактерия, самая простая форма жизни имеет гораздо более высокую степень организации, чем механические (электронные) часы. Что из них является делом разумного создателя а что – игрой химических молекул?
    В ряде областей необходимо создать ясные правила, позволяющие разграничивать продукты сознательной деятельности. Как иначе определить, что какой-то камень был режущим орудием „прачеловека“, а не просто куском скалы с причудливой формой. Или,что пойманные радиоэмиссии из космоса несут послание? И почему этот подход считается антинаучным?
[4] Интеллигентный дизайн (англ. Intelligent Design, ID) воспринимается как более легкая форма креационистического учения, потому что пытается деликатно обратить внимание читателя на разумный план в построении пророды, не акцентируя на том, Кто и как его реализовал.
   “Интеллигентный дизайн” рядом социологов и философов науки считается “наукообразной теорией”, которая не подкреплена серьезными доводами, не задает научную программу и не имеет возможности экспериментальной проверки.
  Нужно признать, что вышеприведенное выражение в известной степени основательно. Большинство аргументов создателей “Интеллигентного дизайна“ были опровергнуты оппонентами, принадлежащими к лагерю противников. Что касается целей и задачи, мы уверены, что его сторонники могут в недалеком будущем разработать лучшую научную программу действия (все же это движение существует недавно). Предложение эмпирически проверимых космологических моделей Сотворения – вопрос времени, а данные, полученные от современной спутниковой аппаратуры, вскоре дадут нам достоверную научную гипотезу.
[5] Дэвид Хьюм вводит в оборот выражение ,,однородный опыт” (uniform experience). Под ним он имел в виду то, что я называю однородным чувственным опытом, объективным опытом пяти органов чувств, а не субъективным или религиозным переживанием. (прим. авт. – Ч. Т.).
[6] Carl Sagan, Broca’s Brain, 1979. New York: Random House, p. 275
[8] Библия говорит нам, что мы сотворены по “Божиему образу и подобию”, поэтому есть известная аналогия между нашими собственными разумными и Его действиями. Но Он не является «нашим образом и подобием» и поэтому Ему не надо «рук», чтобы совершить одно или другое.
   Бог есть Дух (Ин. 14:26) и Он трансцендентен (вне материального пространственно-временного континуума), а также имманентен (вездесущ), т.е. Он присутствует всегда и всюду отдельно и незамисимо от всего.
   Согласно Св. Писанию, создание и объединение небесных тел в красивые системы произошло по заповеди Бога (как впрочем и все остальное).
[9] Основными чертами философии Юма являются скептицизм и натурализм. Он является одной из самых влиятельных личностей шотландского просвещения. Указанная цитата явно появилась в результате его какого-то моментного прозрения, потому что не вписывается в контекст его остального творчества.
[10] Попов, С. „ЗАЩО ВЯРВАМ В БОГА”, София, 1992, стр. 35, 36.
[11] ЭЙНШТЕЙН, цитированный в “Albert Einstein: The Human Side” by Dukas and Hoffmann, Princeton University Press, 1979, 33.
[12] Richard Lewontin, New York Review of Books, January 9, 1997
[13] Цитата из Протестантского перевода Библии от 1940 г.
[14] Union-Tribune, San Diego, California, 5 November 1993.

Статья содержит отдельные пассажи из книги “Вяра и наука

сряда, 18 септември 2013 г.

ВЪЗМОЖНИТЕ ПРИЧИНИ – РАЗМИСЛИ И СТРАСТИ


В тази статия ще се опитам да взема отношение по един спор, който неотдавна се разгоря в Съединените щати, но има опасност скоро да прерасне и в глобален мащаб. Изходът от него може да се окаже решаващ не само за американското образование и култура, но и за целия “цивилизован свят”. Става въпрос за нашумелия напоследък процес, при който група родители от градчето Доувър (щат Пенсилвания) дадоха на съд борда на местното училище. Родителите се противопоставиха на решението на училищния съвет наред с еволюцията в часовете по биология да се разглежда и т. нар. теория за “Интелигентен дизайн”. Тяхната претенция е, че тази алтернатива е религиозна и нарушава конституцията на САЩ, според която е забранено преподаването на религия в училище. Процесът завърши с победа на родителите – федералният съд обяви “Интелигентния дизайн” за теологична (т.е. “не-научна”) концепция.[1]
На пръв поглед спорът за произхода на живите същества и човека изправя консервативните християни срещу преподавателите и учените с натуралистични убеждения. Но дали той няма и една по-далечна перспектива, т.е. дали не касае и всички хора? Ако Дарвин не ни е подвел, тогава всичко, от формирането на космическите системи – до зараждането на живота и неговата еволюция, се дължи на самоорганизация на материята.[2] В крайна сметка обаче Вселената, както и всяка форма на живот в нея, са обречени на смърт и най-добрият извод за нас си остава “да ядем и пием, защото утре ще умрем” (І Кор. 15:32). Но какво ще следва, ако за миг допуснем, че може да е прав голготският Страдалец? Тогава Неговият кръст се превръща в демаркационна линия за цялото човечество – на едните за вечен живот, а на другите … По такъв начин няма ли да се окаже, че ние всички сме от един отбор, понеже истината за света е еднакво важна и валидна за всеки от нас?

Към какво се стреми науката?

Колкото и парадоксално да прозвучи, по думите на един мой познат астроном: “именно учени с християнски убеждения са създали т. нар. "методически материализъм", който прилага наблюдението и експеримента и приоритетно търси естествените обяснения на феномените в природата.” Дейците на просвещението с борбата си против Църквата, а след тях и редица атеистично настроени мислители постепенно превръщат този подход в идеологически, т.е. накрая се поставя знак за равенство между материализъм и наука. Но тук ще се осмеля да отбележа, че задачата на науката по-скоро е не толкова да намери естествените причини на явленията, колкото да открие обективната истина за нещата от действителността.
Нека си послужа с перифраза на класическия пример за часовника на Уилям Пейли. Някакъв сръчен майстор е изобретил първия (джобен) часовник, но го е изгубил като се е разхождал в гората. Вие се натъквате на този красив, изработен от мед, предмет, отваряте го и разглеждате внимателно частите му. Накрая разбирате, че всичките му механизми са нагласени така, че той да отчита с много голяма точност времето. Тогава решавате да покажете находката си на ваш познат професор, за да ви обясни как може да се е появила. Намирате го в кабинета му да разговаря със свой колега. След дълги размишления, той започва обяснението си така: "Вие сте открили това нещо в природата, следователно тя го е създала. Този предмет е възникнал като продукт на една продължителна и сложна еволюция на медта". И теорията започва – "В началото Земята се е формирала като планета в гигантски газово-прахов облак, който се е уплътнявал ... и е била нагорещена до хиляди градуси. При бавното й изстиване медта се е отделила от другите вещества като чист метал, поради различните им точки на втвърдяване ... При особен вид кристализация на медните атоми са се образували различни пружинки, колелца, зъбчатки, винтчета, циферблати и стрелки. Първичната материя е била пълна с тях... По сложен начин те са се групирали в часовников механизъм и постепенно в резултат на нещо като "естествен отбор" по-прецизните са оставали да съществуват, докато се е получил този вид, който съвсем точно определя времето".
“Но възможността да се образува случайно този предмет в природата е пренебрежимо малка – възразява другият професор. – Защо да не допуснем тогава, че той е бил измайсторен от разумен създател?”
Какво се получава на практика? Ако критерият за научност е да се намерят естествени причини за произхода на всичко, тогава първото обяснение е научно, но не е вярно. Второто – е вярно, но не е научно.[3]
Затова не е ли по-добре да приемем, че всъщност задачата на науката е да открие обективната истина? Така всичко си идва на мястото. Тоест, там, където действат природните явления и закони, нещата да бъдат обяснени чрез тях, а щом някъде е имало интелигентна намеса, това да бъде признато. Стрелките се задвижват от еластичната сила на пружината, но самият часовник не се е появил в резултат от “сложна еволюция на медта”. По аналогия: всички процеси в природата се дължат на естествени причини, но дали тя като цяло не е дело на изкусен Творец?

Ако не можем да докажем Божествения интелект, тогава как ще потвърдим наличието на човешкия разум?

А сега се постарайте да се въплътите в ролята на гениален учен. Направили сте велико откритие, на базата на което сте конструирали, да речем, двигател с много висок коефициент на полезно действие. Вие отнасяте теоретичната си разработка и модела на двигателя за одобрение пред съответната патентна комисия. Оттам ви отговарят, че ще назначат подходящ експерт, който да прегледа работата ви. След извършената проверка, за ваша голяма изненада, чувате от него следното заключение:
– Теоретичната постановка е правилна и не е в противоречие с природните закони. Практическите изпитания също показаха, че двигателят действително притежава посочените качества. Но не можем да бъдем сигурни, че всичко това е дело на нашия колега, защото може да е станало случайно.
– Как така? – недоумявате вие.
– Много просто. Възможно е, например, вашата котка да се е разхождала по клавишите на пишещата ви машина, в резултат на което на хартия се е появила идеята за това изобретение. Също така евентуален взрив в работилницата ви може да е станал причина да се сглоби представеният тук двигател.
– Какво говорите? – се възмущавате все повече и повече. – Не разбирате ли, че след като притежавам интелектуалния потенциал и физическата способност да създам тези неща, вероятността аз да съм техен автор е напълно сто процента възможна? А вероятността те да са се осъществили случайно е пренебрежимо малка. Освен всичко друго има и голям брой свидетели, които са ме виждали, когато работех над тях.
– Вижте какво, възможно е събитията, които ви посочих, да са станали преди това. Вие само сте пресъздали всичко повторно пред други хора, за да ги уверите, че сте истинския изобретател на машината.
– За да се осъществи обаче една нищожно малка случайност, трябва много време – не отстъпвате вие.
– Не е задължително. Според теорията на вероятностите тя може да се реализира и от първия път. Нещо повече, ако приемем съвременната представа за мултивселена, тогава няма никакъв проблем в някои от световете случайно да се получат всякакви предмети.
Като изслушва внимателно и двете страни, комисията отсъжда следното:
– Докато съществува дори нищожна вероятност всичко да е станало случайно, няма как да бъдем сигурни, че вие сте автор на изделието. Затова не можете да получите никакво признание и награда за него.
Тогава ви идва наум един блестящ отговор:
– В такъв случай сигурно ще кажете, че и всички постижения на човечеството, считани за продукти на нашата съзнателна дейност, може да са възникнали случайно. Според вашата логика хората, които претендират, че са ги създали трябва да се откажат от авторските си права, от званията си, а също и да върнат получените заплати. Вие съгласни ли сте да го направите?
Бог е Този, Който категорично заявява, че самият Той е автор на създанието. При това всички Негови “изделия” – атоми, небесни системи, живи организми и т.н., са неизмеримо по-сложни, от което и да е произведение на човешкия разум. Поради тази причина и възможността те да са възникнали случайно е неимоверно по-малка. Материалистите обаче винаги са се стремели да разпространяват схващането, че щом като съществува даже безкрайно малка вероятност светът да се е появил случайно, точно тя със сигурност се е изпълнила на практика. Затова, според повечето от тях, в никакъв случай не може да се приеме, че Бог го е създал. Макар че, от една страна, нямат никакви сигурни фактически доказателства за еволюционния произход на Вселената, живота и човека, а от друга –и възможността нещата да са се развили по този начин е съвършено нищожна, те изискват от съвременната общественост едва ли не безпрекословно да повярва на техните "теории". Но дали ще се съгласят мярката, с която мерят, да бъде отнесена и към самите тях? Щом като има възможност постиженията на нашата цивилизация да са станали случайно, според по-горните разсъждения излиза, че няма как да се докаже, че те изобщо са създали нещо. Но, ако е така не трябва и да претендират, че са някакви учени. Защо тогава е необходимо въобще да им се вярва? От друга страна, щом като няма никакви сигурни доказателства в подкрепа на натурализма следва, че той също се приема единствено на вяра, което го прави своеобразна форма на религия.

Възможни причини

„Интелигентният дизайн” е обявен от някои за псевдонаука, защото признаването на възможността за свръхестествена намеса е равносилна на отказ от познание.[4]
Наистина, когато Бог върши чудеса, те са свързани с някакво нарушение на природните закони, в следствие на което подобни явления няма как да бъдат повторени и изучени в нашите лаборатории. Създаването на пространствено-времевия континуум ex nihilo е драстично нарушение на закона за запазване на енергията и поради недоказуемостта на този акт, философите са принудени да приемат първичността на Съзнанието или на материята единствено като постулат. Човекът твори изделия, които не могат да възникнат чрез естествени процеси, но в същото време нашата дейност е в съгласие с природните закони. В някои случаи обаче Бог върши същото и това ще ни позволи да приложим метода на аналогията в търсене на отговора за произхода на мирозданието.
Ще използваме по-обширен цитат от една статия на американския физикохимик и историк на науката Ч. Такстън:
Емпиричната наука теоретично признава както естествени, така и интелигентни причини
Въпреки че както естествените, така и интелигентните причини ни се разкриват чрез опита, модерната емпирична наука за природата обикновено признава само естествени причини. Това предразсъдък от страна на учените ли е или някакъв заговор за отстраняване на интелигентните причини? Ни най-малко. Науката допуска всяка причина, естествена или интелигентна, за която съществува еднороден сетивен опит. В историята на модерната наука обаче еднородният опит свързва само естествените причини със закономерно повтаряеми събития. Ето защо днес не включваме интелигентни причини в науката. Това обаче не е забрана. Ако интелигентни причини могат да се свържат с повтаряеми събития, те биха били допустими в науката.
Нямаме основание да приписваме причина – естествена или интеллигентна – към кое да е явление, като заместител на еднородния опит.[5] Като пример нека предположим, че сме детективи, които разследват смъртта на един човек. Дали това е убийство или е естествена смърт? Не можем да знаем отговора предварително. Налага се да разследваме случая. Ако някой детектив още в началото на своето разследване обяви, че човешката смърт може да бъде само естествена, ние бихме възразили, че това налага неправомерни ограничения върху възможните причини. Щом като това, което се надяваме да открием чрез нашето разследване е именно дали смъртта е резултат от интелигентна причина (убийство) или е била естествена, ние се нуждаем от метод на работа, който е еднакво отворен за двете обяснения. Нужен ни е метод, който да ни позволи да определим с възможно най-голяма вероятност какво всъщност се е случило.
Както видяхме, през цялата история на експерименталната наука повтаряемите събития са свързвани с естествени причини. Други събития, особено такива като събитията на поява или възникването на нещо, не са повтаряеми и могат да бъдат уникални. Това, от което се нуждаем, е методология, която да премине отвъд априорната обвързаност с причината и която да ни даде критерии за постройката едновременно на случая за естествени и на случая за интелигентни причини.
Аналогия
Как бихме могли да вземем решение в полза на интелигентна причина за някое събитие в миналото? По принцип, за установяване на интелигентна причина използваме същия метод, който използваме и за естествена причина, т. е. еднородния сетивен опит. Това е така нареченият метод на аналогията.
През 19-ти век, астрономът Джон Хершел доразвива метода на аналогията за доводи от наблюдавани причини към неизвестни причини: „Ако аналогията между две явления е много близка и поразителна, докато в същото време причината за едното е очевидна, то едва ли е възможно да се отхвърли наличието на аналогична причина и при второто явление, макар и да не е така очевидна сама по себе си.“ Учените разчитат на този метод повече от 150 години. Огромният успех на науката е поне частична атестация за него...
Като нагледен пример за метода на аналогията нека разгледаме археологията. Принципът на аналогията се използва често в археологията за определяне на това дали едно или друго откритие има интелигентна причина. Разсъжденията са следните: В настоящето виждаме занаятчия, който прави керамични изделия. Следователно, когато претърсваме прахта на някоя селищна могила в Месопотамия и открием счупено гърне, логично е да заключим, че източникът му е също такъв занаятчия – грънчар…
Между другото, със същата аргументация си служат астрономите, когато търсят разумен живот в Космоса. Тя е обичайна практика за екипите от НАСА когато обработват данни от планетите и техните луни. Тези екипи използват различни критерии за признаване на доказателство за разумен живот на планетите – някакъв отличителен белег за продукт на разумен източник…
Астрономът Карл Сейгън твърди, че дори едно единствено послание от космоса би установило съществуването на извънземен живот. Той пише: „Има и други, които вярват, че нашите проблеми са разрешими, че човечеството е все още в своето детство, че някой недалечен ден ще пораснем. Едно единствено послание от Космоса би показало, че е възможно да преживеем такова технологично юношество. Цивилизацията, която изпраща тези сигнали, все пак е оцеляла.“[6]
Ако наистина открием радио вълни, които са с характерните черти на послание, не бихме ли имали основание да приемем, че техният източник е разумно същество, позовавайки се на аналогията с посланията, за които от опит знаем, че са породени от разумни същества, а именно човеци? С други думи, методът на аналогията би могъл да регистрира обща интелигентност, не специално човешка интелигентност.”[7]

Да приложим метода на аналогията

В статията „Сбогом, Дарвин!” вече изведохме три принципа, които говорят за невъзможността мирозданието да е възникнало в резултат на естествени причини. Но възможно ли е едно мислещо и активно същество да удовлетвори тези принципи в своята творческа дейност?
Първият принцип за осигуряването на подходящите параметри за работата на една система е сравнително лесно изпълним. Ние предварително изчисляваме оптималните условия за протичането на производствените процеси, след което настройваме уредите да ги поддържат постоянни. По аналогичен начин са избрани и застопорени точно необходимите константи, закони и взаимодействия за функционирането на Вселената, живите същества и човека.
Второ, една футболна топка няма как сама да промени своето състояние на покой или посоката си на движение. Но играчите могат да променят нейния импулс, като със своята сила й придават някаква скорост, насочвайки я според желанието си. Също така не съществува никаква пречка разумният и всемогъщ Творец след като създаде небесните тела да ги "тласне по техните орбити" (според израза на Нютон).[8] Ако проследим траекторията на топката, без да вземем предвид обаче взаимодействието й с футболистите, тогава ще отчетем неизпълнение на законите за запазване на импулса и на гравитацията. По същия начин, в космическите системи изглеждат нарушени динамичните закони (на импулса, а в скрита форма – и на гравитацията), понеже не се признава външната интелигентна намеса (която личи и от чудесната хармония в организацията на телата).
За интелекта не представлява никаква трудност да реализира процеси с безкрайно малка вероятност за осъществяване. Автомобилът е произведение на нашия разум. Възможно ли е той да се сглоби в резултат на природните стихии? Ще разгледаме само една от частите на двигателя. Да речем, имаме готов цилиндър. Каква е вероятността буталото към него да възникне случайно с подходящите форма и размери? Елементарните разсъждения показват, че тя е (1/)2, защото формите са безброй, както и размерите. А ако и самият цилиндър трябва да се появи по същия начин, така че тези два елемента да бъдат съчленени и системата да работи, общата вероятност е (1/)4, т.е. по-малка от “абсолютна нула”. Конструкторът обаче без особени усилия, от безкрайно многото възможности, може веднага да определи подходящите параметри на елементите и като извърши някои изчисления да сглоби горните изделия. (Ние много рядко си даваме сметка за необикновените способности на нашия ум!) За появата на всемира също се получават вероятности от порядъка на 1/ на някаква степен, но построението по-нататък на заобикалящата ни действителност е доста по-сложно. Тоест за един съзнателен Бог е сто процента възможно да сътвори света, докато пред слепия случай (“часовникар” – по думите на Р. Докинс) изобщо не се открива никаква перспектива да се справи с подобно задание.
Трето, нека за миг да приемем, че не знаем как са се появили автомобилите. Един ден посещаваме автосалон, в който са изложени различни марки леки коли, като има образци от първите до последните модели. Тогава какъв извод ще направим, ако се водим от съвременната научна предпоставка да се търсят само естествени причини за техния произход. В предвид все по-усложняващата се организация, бихме могли да предположим, че цялото разнообразие от форми се дължи на продължителна и сложно разклоняваща се еволюция. Тоест приликата в тяхното устройство и функции може да ни застави да стигнем до доста подвеждащо заключение. Ако се следват по-горните принципи обаче, ще се установи, че дори толкова прости системи няма как да възникнат чрез поредица от случайни процеси (и естествен отбор!), но е необходима целенасочена и планираща интелигентна дейност. В такъв случай, защо да не допуснем, че растенията и животните също са „създадени според видовете си” – извод, който се подкрепя и от тоталната липса на преходни форми.
В един известен пасаж от своята книга „Диалози относно естествената религия” философът Дейвид Хюм, живял през ХVІІІ век, когото съвсем не можем да упрекваме в пристрастност към християнството, разсъждава относно аналогията между човешкия и Божествения разум. Клийнтъс, един от героите в книгата му, казва: „Огледайте се в света наоколо. Вникнете в неговата цялост и във всяка една отделна негова част. Ще откриете, че той не е нищо повече от една огромна машина, разделена на безкраен брой по-малки машини, които на свой ред подлежат на подразделения до степен отвъд човешкото възприятие и способност да проследи или обясни. Всички тези разнообразни машини, дори най-миниатюрните им части, са съгласувани помежду си с прецизност, пленяваща възторга на всеки, който някога се е вглеждал в тях. Внимателното приспособяване на средствата към целите в цялата природа, напомня точно, макар и да превъзхожда многократно, произведенията на човешкия... ум. Затова, тъй като следствията са подобни едно на друго, стигаме до заключението... че и причините са подобни, и че Авторът на Природата по някакъв начин е подобен на човешкия ум, въпреки че притежава неизмеримо по-големи способности, пропорционални на величествеността на работата, която е извършил.“[9]
Британският астроном Джеймс Джинс доразвива тезата според гледната точка на науката от началото на ХХ век: "Явленията във Вселената се извършват не съгласно механични принципи, както се считаше доскоро, а съобразно с чисто математически принципи. Сравнението на природата с огромна машина трябва да бъде изоставено поради потока на научното познание за немеханична действителност. Вселената започва да прилича повече на велика мисъл, отколкото на велика машина. Щом светът е свят от мисъл, ясно е, че трябва да бъде мисъл на някое Същество, Което мисли, и Неговото творение трябва да е било акт на мисълта на това мислещо Същество. Ние, учените, започваме да смятаме, че Духът трябва да се провъзгласи за Творец и Управител в царството на материята. Съвременните научни теории ни принуждават да разсъждаваме за Създателя на света като работещ извън времето и пространството. Вселената ни дава доказателство за една контролираща сила, която е работела с оглед на определена цел и има нещо общо с човешкия ум."[10]
Същото нещо потвърждава и Алберт Айнщайн (както и редица други учени): „Всеки, който се занимава сериозно с наука, постепенно се убеждава, че един Дух се проявява в законите на Вселената; Дух, Който е безкрайно по-могъщ от духа на човека и пред лицето на Когото ние, с нашите скромни възможности, трябва да се смирим. По този начин научните изследвания водят към едно специфично религиозно чувство, което е твърде различно от наивната религиозност.”[11]
Ричард Левонтин, генетик от Харвардския университет, признава, че в науката натурализмът е внесен изкуствено: „Не че методите и институциите на науката по някакъв начин ни принуждават да приемаме материално обяснение на феноменалния свят, напротив – тъй като ние априори държим на материалните причини, сме принудени да създадем изследователски апарат и понятия, които произвеждат материални обяснения…[12]
Затова не е ли време да скъсаме с установената натуралистична парадигма и да приемем, че нещата в природата също могат да имат интелигентна Причина за своя генезис?!

“Улавя мъдрите в лукавството им” (І Кор. 3:19)[13]

Натуралистите допускат, че е възможно да има огнища на живота и на други планети в космоса. По целия свят изследователи, част от проекта SETI, са сканирали небето в търсене на сигнали от интелигентни същества. Космически кораби, насочени извън пределите на Слънчевата система, носят фонографичен запис със златно покритие като послание до галактическите братя по разум. Мнозина учени дори са склонни да смятат нашата биосфера за експеримент на технически напреднала извънземна цивилизация.
Но тук възниква едно трудно обяснимо противоречие. Същите тези авторитети, които са категорично против Божествения произход (и са обявили всяко такова учение за не-научно), с готовност приемат интелигентна намеса от друга цивилизация?! Блез Паскал пита: “Защо толкова много хора не вярват в Божествените истини? Дали, защото не са им доказани?” И отговаря: “Не, но защото те не ги харесват.”
Ние непрекъснато си задаваме въпросите “кои сме?”, “откъде сме дошли и накъде отиваме?”. Популярен вестник веднъж обяснил това силно желание за отговори по следния начин: „Някои предполагат, че е възможно извънземен интелект да е излъчил огромни потоци от кодирана информация, една виртуална галактическа енциклопедия, съдържаща прозрения за произхода на Вселената или за безсмъртието”.[14] Човекът отчаяно се нуждае някой да му каже откъде е произлязъл и как да намери безсмъртие.
Както отбелязват други учени: “Един безкраен Интелект вече е изпратил „потоци” информация, една „всемирна енциклопедия”, относно това откъде сме дошли, кои сме, за какво ни има, а също и прозрение относно безсмъртието – и тя не е кодирана! Разкрита е от Онзи, Който е създал всичко и е преведена на почти всеки език по света. Святата БИБЛИЯ.



БЕЛЕЖКИ:

[1] Решението на съда излезе към края на декември 2005 г., а статията е написана само няколко месеца по-късно – през пролетта на 2006 г.
[2] Виж 1-ва бележка в статията „Сбогом, Дарвин!”:
[3] Ако някой читател спори, че нещата, които са се появили в резултат на интелигентен дизайн, лесно могат да бъдат разпознати, ще го попитаме какъв е критерият за това? Например, бактериалната клетка, най-простата форма на живот, е с много по-висока степен на организация от един механичен (или електронен) часовник. Кое от тях тогава е дело на разумен създател и кое – игра на химичните молекули?
В редица области е необходимо да се създадат ясни правила, позволяващи ни да разграничаваме продуктите на съзнателната дейност. Как иначе ще определим, че един камък е сечиво, използвано от “прачовека”, а не е просто парче скала с причудлива форма? Или, че засечените радиоемисии от космоса носят послание? И защо този подход да се счита за антинаучен?
[4] Интелигентният дизайн (англ. Intelligent Design, ID) се възприема като по-лека форма на креационисткото учение, защото се опитва деликатно да насочи вниманието на читателя към разумния план в построението на природата, без да разкрива Кой и как е реализирал този замисъл.
“Интелигентния дизайн” е считан от редица социолози и философи на науката за “наукообразна теория”, която не е подкрепена със сериозни доводи, не задава научна програма или възможност за експериментална проверка.
Трябва да признаем, че посоченото възражение донякъде е основателно. Повечето аргументи на създателите на “Интелигентен дизайн” са били оборени от опонентите, принадлежащи към противниковия лагер. Що се отнася до целите и задачите, уверени сме, че неговите поддръжници могат да разработят в бъдеще една по-добра научна програма за действие (все пак движението съществува сравнително отскоро). Въпрос на време е да бъдат предложени и емпирично проверими космологични модели на Сътворението, а данните от съвременната спътникова апаратура съвсем скоро ще ни посочат достоверната научна хипотеза.
[5] Дейвид Хюм въвежда израза ,,еднороден опит" (uniform experience). Под него той е имал предвид това, което аз наричам еднороден сетивен опит, една обективна опитност на петте сетива, не субективно или религиозно преживяване (б. а. – Ч. Т.).
[6] Carl Sagan, Broca's Brain, 1979. New York: Random House, p. 275
[8] Библията ни казва, че ние сме сътворени по "Божия образ и подобие", затова има известна аналогия между собствените ни  разумни действия и Неговите. Но Той не е по "наш образ и подобие", поради което не са Му необходими "ръце", за да направи едно или друго нещо.
Бог е Дух (Йоан 14:26) и е трансцендентен (извън материалния пространствено-времеви континуум), както и иманентен (вездесъщ), т.е. Неговото присъствие е навсякъде и по всяко време, но като отделен и независим от всичко.
Според Св. Писание създаването и подреждането на небесните тела в красиви системи, е станало по заповед от Бога (както впрочем и всичко останало).
[9] Основните черти във философията на Д. Хюм са скептицизмът и натурализмът, като той се явява една от най-влиятелните личности в Шотландското просвещение. Посоченият цитат явно се е появил в резултат на някакво негово моментно прозрение, защото не се вписва в контекста на останалото му творчество.
[10] Попов, С. „ЗАЩО ВЯРВАМ В БОГА”, София, 1992, стр. 35, 36.
[11] АЙНЩАЙН, цитиран в “Albert Einstein: The Human Side” by Dukas and Hoffmann, Princeton University Press, 1979, 33.
[12] Richard Lewontin, New York Review of Books, January 9, 1997
[13] Цитатът е според Протестантския превод на Библията от 1940 г.
[14] Union-Tribune, San Diego, California, 5 November 1993.

Статията е по извадки от книгата "Вяра и наука"